Большинство мужчин полагают, что не надо баловать девушку, которая согласилась стать твоей женой. Думают, если сейчас облегчишь ей жизнь, она разбалуется и завтра потребует втрое больше. Если ты даже стараешься ухватить каждый ее каприз, все равно найдется добропорядочный друг, который сразу тебе скажет: «Ну что же ты делаешь, она же сядет тебе на голову!»

И такое ощущение, что когда-то начнется другая жизнь, когда уж ты точно поймешь, что она не избалуется, когда ты ее проверишь нищетой, работой и этой… кухонной утварью и пеленками, а вот потом начнется хорошая жизнь. Интересно, что хорошая жизнь не начинается никогда. Она идет либо сейчас, либо никогда. Бояться, я считаю, не следует.

Женщина должна быть сильнее, чем мужчина. Спрашивается, как это она может быть сильнее, если те, на ком мы, как правило, женимся, ничего в жизни еще не сделали? В самом деле, хотя возраст женихов порой самый неожиданный, от кого-то пахнет материнским молоком, от кого-то одеколоном «Армани Приве», а от кого-то старческой кислятиной, все как один стараются свезти в ЗАГС двадцатилетнюю избранницу.

Мы, мужчины, можем похвастаться к 40 ( лучшие из нас уже к 30, а  к 50 точно все!)  списками доблести.

Как правило, мы строим самолеты, мосты, банки. Конечно, и в самолетостроении нет-нет да и окажется какая-нибудь женская роль. Но она либо эпизодическая, либо является счастливым исключением. Как правило, это все делают мужики. Это мы взрываем скалы, делаем в них тоннели. Это мы делаем поезда, которые потом по этим тоннелям пойдут – это все наша доблесть.

И как же это она, 20 – 25-летняя, может похвастать тем же? Да не может! Есть, конечно, женщина-комиссар из «Оптимистической трагедии» Вишневского, но это подмена гендерной роли. Дело в том, что в отличие от нас женщина – сама себе основание уже с 18 лет, она абсолютно готова к тому, чтобы выполнить свою главную миссию на Земле. Как говорят в православной традиции, жена чадородием спасется. Вот для чадородия она уже готова. Она, конечно, могла бы окончить институт и стать великим физиком-атомщиком – это ее право, но это уже приятный бонус. Если она хочет, например, стать биологом и тут же выполняет – обычно уже на втором курсе и обычно по большой любви навсегда – свою главную функцию на Земле, это рано или поздно входит в противоречие: либо ребенка качать, либо защищать диссертацию. У актрис еще страшнее, а у балерин и спортсменок и вовсе то, что французы называют «полная Березина». Ведь главная функция женщины на Земле – чадородие – властно берет свое. А как же танцы? Позвольте, а кто же будет играть Джульетту?